Поддержи Openmeetings

четверг, 17 ноября 2011 г.

Национальная программная платформа — куда летим?

На видео выигравшие конкурс очередной государственный конкурс компании рассказывают о планах построения Национальной программной пллатформы для небольшой отдельно взятой гордой нации. Среди участвующих в круглом столе есть замечательные люди, например, Владимир Рубанов, ученик Виктора Петровича Иванникова и Александра Константиновича Петренко.

Владимир более 10 лет развивал свободные продукты в ИСП РАН, в частности, руководил тестированием Linux, защитил кандидатскую диссертацию, работал в Некоммерческом партнерстве содействия развитию свободного программного обеспечения (РАСПО). Сейчас Владимир выступает от имени заместителя директора компании Роса. Хочется верить, что вне зависимости от компании, Владимир — искренний приверженец свободного программного обеспечения, и то, что задумала команда за столом, обязательно получится.

Что получится за обещанные по конкурсу пять миллионов рублей? Получится издать несколько концепций и регламентов. Получится собрать прототипы на базе работающего свободного кода и сдать приёмной комиссии. Ура? Свободное программное обеспечение получило, наконец, долгожданную и эффективную государственную поддержку?

Распил?

Обидно, насколько эта версия популярна среди читателей. Этот гниловатый зуб, отравляющий любую дискуссию на тему НПП, имеет три корня:

  • Отсутствие веры в Россию — здесь всё всегда плохо. Почему миллиарды долларов Биллов Гейтсов и Стивов Джобсов честнее, чем 5 миллионов рублей Димы Комиссарова?
  • Отсутствие собственного достоинства — опять кто-то другой получил деньги. И это обидно!
  • Отсутствие умения считать — сколько хороших специалистов можно нанять за пять миллионов?

Фантаст Терри Прэтчет и его соавторы, пишущие иногда вполне серьёзные книги, называют 200 лет истории среднего класса в Англии основой инноваций девятнадцатого века, подаривших миру теорию Дарвина и усовершенствованную паровую машину Уатта. В качестве грустной антитезы приводится в пример Россия с её бедным и озлобленным крестьянством. Если уж мы хотим строить современную экономику инноваций, надо эволюционировать из люмпен-пролетариата в более счастливые и уверенные в себе существа.

Экономика инноваций

В качестве первого шага эволюции к оптимистично мыслящему существу давайте попробуем предположить, что экономика инноваций — не попытка украсть миллиарды через Сколково. Есть следующие оценки:

Один из способов дальнейшего комфортного существования — просто вымирать до необходимого уровня. Хочется строить более интересные планы, чем постепенное вымирание. Подходящий вариант — создать свою Кремниевую долину: собрать лучшие умы и зарабатывать деньги, экспортируя воздух. Этим сейчас успешно занимаются Соединённые Штаты, сконцентрировавшие крупнейшие компании по производству программного обеспечения.

Как конкурировать

За 40 лет в Кремниевой долине на месте персиковых садов вырос иной урожай, урожай высокотехнологичных компаний. Одним из важных факторов развития высокотехнологичного бизнеса была государственная поддержка — от налоговых преференций до государственных заказов. Можно сказать, что эти компании сегодня закончили раздел мирового рынка производства программного обеспечения, собрав лучших специалистов, накопив зрелую культуру разработки и скупая любые новые бизнесы, представляющие интерес.

И всё же успешные российские компании, производящие конкурентоспособное програмное обеспечение, существуют. ABBYY, лаборатория Касперского, Яндекс и другие вышли из девяностых. В то время большие неконтролируемые деньги и дешёвые квалифицированные русские программисты позволили сделать в частных областях существенный рывок. К сожалению, повторить подобную историю успеха сегодня невозможно — лучших российских специалистов прибирают к рукам филиалы монополий, и зарплата уже сопоставима с западной. Лучшие российские стартапы сегодня — хорошие адаптации западных на местный рынок. Самые доходные компании — продавцы западной интеллектуальной собственности.

Всё было бы безнадёжно, если бы не свободные лицензии. Допуская свободу в разработке, эти лицензии позволяют небольшим компаниям кооперироваться и на равных конкурировать с большими. Для студентов программное обеспечение под свободной лицензией — способ понять, как устроены современные технологии внутри и возможность получить дополнительную стипендию за участие. Для обычных участников свободный проект — это способ заработка, самовыражения и участие в жизни сообщества.

Для государства — это отличная возможность создать рабочие места, оставить специалистов и деньги в стране (или собрать в конкретном продвинутом регионе). Очень важна практическая политическая воля государства с построением современные ИТ-технологий электронного правительства, документооборота, архива, обучения на базе свободных технологий. Вместо помощи свободному программному обеспечению в преодолении бюрократических барьеров нужно снять эти барьеры. Вместо денег людям, оформляющим конкурсную документацию стипендии конкретным программистам, занятым на внедрении, подержке, исправлении ошибок, преподавателям и энтузиастам, готовым идти и обучать.

А если разработки будут международными, это дополнительный показатель конкурентоспособности и выживаемости продуктов и правильности вложенных инвестиций.

В перспективе государство может быть заинтересовано в устранении рисков, связанных с импортом технологий с Запада. Например, согласно американскому контролю за экспортом технологий на заводы, где размещается военный заказ, нельзя завозить станки, чтобы вытачивать турбинные лопатки.

Защита инвестиций

В случае свободного программного обеспечения защитить инвестиции не просто. Неплохой способ защиты — выстраивание лояльности и репутации сообщества разработчиков. Существуют и другие модели защиты:

  • использование вирусной лицензии вкупе с двойным лицензированием,
  • зависимость от защищённой технологии, например, ориентация на особый процессор или инфраструктуру,
  • защита торговой марки.

Такие способы защиты ограничивают участие других компаний в проекте, что умаляет одно из основных преимуществ свободной разработки. Они могут быть полезны, если компания является естественным лидером в области, например, если она открывает собственную закрытую разработку.

Другие способы защиты, например, патентная защита, противоречат распространённым свободным лицензиям. Утешает, что большие сообщества разработчиков свободных продуктов могут защитить себя от патентных исков, используя лицензии вида утонем вместе.

Связанные с отсутствием защиты риски угрожают сверхприбыльному бизнесу, но не государственному инвестору. Национальными должны быть не программы и алгоритмы, как предлагает НПП, а рабочие места, на которых они разрабатываются. Для государства широкое распространение свободной технологии — больше высококвалифицированных рабочих мест, больше налогов и счастливых людей, увлечённых любимым делом.

Прозрачность

То, что инстинктивно верно чувствуют ворчащие по поводу государственных программ, — это невнятность использования средств. Может ли Володя Рубанов ответить, сколько строчек свободного кода будет добавлено в Linux за пять миллионов рублей? И стало ли от этого лучше? В хорошей программе государственной поддержки можно сделать этот процесс абсолютно прозрачным, ориентируясь на достаточно простые технические средства и сложившиеся сообщества компетентных разработчиков.

Председатель правительства сам недоумевает, как потрачены 80 миллиардов рублей, отпущенные в начале года на создание новой Электронной России. На эти деньги можно было бы обеспечить хлебом 100 000 компетентных разработчиков и внедренцев, если распределять эти деньги не через национальные программы-распределители, а на прозрачной основе через сайт, подобный Ohloh, где видно, кто и сколько сделал работы по развитию и продвижению свободного продукта.

Важно, что надо не менее 50% денег тратить на конкретные внедрения, техническую поддержку, инструкции — это лучшая гарантия того, что продукт не оторвётся от требований пользователей. Отличная ниша для энтузиаста, для которого разработка слишком тяжела.

Большое количество работы — интервью, описание процессов и само программирование — можно делать через сайт дистанционно. Люди из регионов будут счастливы получить конкурентоспособную зарплату, а кто-то из москвичей подумает и сам из мегаполиса уедет в деревню, предпочтя здоровый образ жизни высокой зарплате и смерти от рака.

Что может сделать наша небольшая компания для того, чтобы это всё заработало?

Привлечение экспертов

На какой платформе осуществлять внедрение? Куда развивать продукт дальше? Как изменится портрет основного заказчика продукта через несколько лет? Для решения этих вопросов нужны эксперты, отвечающие перед сообществом разработчиков своей репутацией за предлагаемые решения.

Привлечение иностранных участников

Основное конкурентное преимущество свободного программного обеспечения — возможность сотрудничества при разработке. Нельзя терять основное конкурентное преимущество.

Портал разработчиков

Для организационного обеспечения данного проекта необходимо что-то делать. Мы, компания Датавед, готовы подготовить прототип портала поддержки и разработки свободного программного обеспечения, если нас поддержат делом. Сделаем подобный портал бесплатно совместными силами. Такая самоорганизация сообщества — неплохое доказательство того, что программисты на что-то способны без находящихся над ними цепей менеджмента. Для начала надо определиться, что делать-то.

Помечтаем

Представлю себе этот портал подетальнее, исходя из того, что хочется:

  • систему контроля версий, например, как Giithub,
  • систему автоматической сборки и тестирования проектов, например, как в SuSE,
  • площадку для общения и обсуждения, такую, например, как списки рассылки Apache Software Foundation или Хабр,
  • систему рецензирования патчей, такую, как в Google Code,
  • систему учёта дефектов, например, такую, как JIRA,
  • систему помощи пользователям, хотя бы такую, как в Google Code, чтобы не отвлекать программистов неправильно сформулированными проблемами,
  • систему управления проектами, как Trac, или Redmine,
  • экспертизу сообщества экспертов, как на сайте Агентства по инновациям и развитию, Линчелке или Стартаппоинте,
  • контроль репутации, как на Ohloh,
  • возможность борьбы за государственные стипендии, такая, как на Фрилансе или Молоток.ру, только без излишней конкуренции.

Сколько ж такой портал кодить?

Мы же сделаем всё своё, и сделаем лучше, чем было.  Начнём, конечно, с системы управления задачами — так ведь все делают? С подобной философией Ричард Столлман займёт нам местечко в аду. Оттуда мы вместе сможем наблюдать, что происходит с подобными эгоцентричными проектами, когда заканчивается энтузиазм. Этот абзац — шутка.

Мы  в нашей вере в свободное программное обеспечение исповедуем сотрудничество. Не лучше ли помочь уже развивающемуся проекту, вложить силы в улучшение того, что сейчас недостаточно хорошо? В случае портала мы предлагаем сделать площадку, на которой будет возможно интегрировать перечисленные службы, и уже сделали первый шаг.

Выводы

Вместо того, чтобы тратить деньги (американские доллары, рубли Реймана, Ваши налоги или мои сбережения) на концепции и сертификации, предлагаю платить стипендии сообществу:

  • разработчикам свободного программного обеспечения и
  • ИТ-шникам, внедряющим и поддерживающим свободное программное обеспечение.

Сделанную работу оценивать участниками сообщества, обладающими репутацией и компетенцией по конкретной группе продуктов и оплачивать соответственно вкладу из соответственного государственного фонда напрямую без посредников.

Обязать государственные учреждения и корпорации заказывать внедрение и поддержку программного обеспечения на суммы не менее 80% соответствующего ИТ-бюджета на портале СПО (или пока в комментариях к этой странице пока не создано более достойное место) в соответствии со свободными лицензиями и стандартным договором-офертой об уровне услуг.

И тогда за Вашим окном будет настоящая Кремниевая долина.

Комментариев нет :

Отправить комментарий